Краевед Анатолий Шалагин: «История творится ежедневно и ежечасно!»

В Челябинской области подготовлена к печати книга, посвященная репрессированным жителям Чесменского района и хронологически охватывающая 1920-1950 гг. прошлого века. Работа под названием «Приговор: помнить» краеведа Анатолия Шалагина посвящена судьбам конкретных людей – наших земляков – попавших под жернова истории в ту героическую и жестокую эпоху. Об этом и не только – наша беседа с автором.

Краевед Анатолий Шалагин: «История творится ежедневно и ежечасно!»

- Анатолий Владимирович, как называется ваша новая работа, что в нее входит, вообще, шире – какова тема исследования?

- У новой книги два названия. Основной заголовок: «ПРИГОВОР: помнить!», а подзаголовок – «Именной справочник уроженцев и жителей Чесменского района, пострадавших от репрессий в 1920-1950-ых годах».

- А откуда у вас такой интерес к этой теме? Ведь, кажется, об этом уже написано немало…

- Вот именно, что немало! И много неправды. Конечно, факт политического террора, имевший место в СССР в 30-ые годы, никто не отрицает. Но, согласитесь, сколько в эту тему привнесено небылиц, а то и откровенной лжи. Любое государство наряду с прочими функциями обладает еще и репрессивными механизмами, призванными обезопасить само государство и властные институты. И какими бы не были на словах демократическими государства, в них тоже проводятся репрессии. За примерами далеко ходить не нужно – те же США с печально известной тюрьмой Гуантанамо… Считаю, что начиная с времен «перестройки» в тему массовых политических репрессий различного рода деятели стали прибавлять то, чего в реальной жизни и не было. Всякий раз цифры жертв террора увеличивались в геометрической прогрессии. Приходилось читать даже о 60 миллионах! Для чего это делалось, понять несложно. Народу преподносили образ государства-варвара. Но не это самое главное. В конце концов, умные люди с цифрами и сами разберутся. На мой взгляд, куда более опасно ставить на одну планку действительных жертв государственной репрессивной машины и тех, кто был реальным врагом существовавшего на тот момент конституционного строя. Но, увы, приходится констатировать, что в этом процессе мы ушли ой как далеко. Сегодня в различных «списках» и «мартирологах» кого только не найдешь. Есть там и «власовцы» и «бандеровцы», «лесные братья» и реальные террористы. И всех их сегодня объявляют жертвами кровавого режима и облачают в одежды страдальцев…

- По вашему, такой «исторический подход» и этот процесс имеют определенные цели?

- Безусловно. Недавно на телеэкранах был показан фильм «Анатомия предательства». На мой взгляд, нужный и добротный, но, к сожалению, несколько запоздалый. Там спрашивали у рядовых людей - знают ли они, кто такой Власов, и известно ли им про генерала Карбышева? Оказалось, что не знают. Можно сколько угодно говорить о дефектах исторического воспитания населения, но этот «пробел» в памяти может дорого обойтись нам. Целенаправленное беспамятство стирает в умах людей, и, прежде всего, молодежи, грань между патриотизмом и конъюнктурным предательством. И чего при таком раскладе мы хотим от нашей молодежи? Если у нас сегодня открыто позиционируют предателей Власова и Краснова как жертв «сталинского режима», то завтра некому будет защищать страну. Когда работал над книгой, лишний раз убедился, что то, о чем сегодня говорят по поводу некоторых этапов репрессий в СССР, откровенная ложь. Взять хотя бы военнопленных, вернувшихся на родину после разгрома фашистской Германии. Почему-то большинство из нас считает, что их всех поголовно отправили в лагеря.

- Это не так?

- Неправда это! В лагеря были сосланы лишь те, кто был уличен в сотрудничестве с врагом. Или еще пример. Говорят, что репрессированные, воевавшие на фронтах, чуть ли не поголовно сдавались в плен. Тоже ложь! Есть специальные исследования по этому поводу. В частях, формировавшихся из числа раскулаченных и заключенных ИТЛ, случаев предательства было ничуть не больше, чем в других воинских подразделениях. Я, когда работал над книгой, не стремился проследить на примере чесменцев их участие в боях, но то, с чем я столкнулся, доказывало - многие земляки из числа ранее сосланных и отсидевших были награждены боевыми и трудовыми наградами…

- С новой книгой понятно, остается дождаться выхода ее в свет. Но вы много занимались историей участия казаков в войне 1914-1918 гг. Книга «Самоотверженные» посвящена как раз этой теме. Что дала вам эта работа по истории казачества нашего края?

- Во-первых, следует отметить моих соавторов-краеведов: В.И.Завершинского из Москвы, В.Г.Семенова из Оренбурга. Мы в ней стремились собрать максимальное количество документальных свидетельств о подвигах казаков на полях сражений, об их наградах. Ведь весь советский период эта тема была забыта, а если казака-героя из какой-то станицы позже еще и репрессировали, то даже для родственников это было табу. Когда занимаешься краеведением этих мест, казачество стороной обойти невозможно. На протяжении большого отрезка времени оренбургские казаки составляли основную часть населения этих краев.

- Нынешний год юбилейный - 100 лет назад началась Великая война. Для большинства участников именно та война 1914-1918 гг. была «Великой». Как наши казаки участвовали в ней, что вам удалось раскопать?

- По большому счету в 2014 году два юбилея. 110 лет назад началась русско-японская война, а век назад – первая мировая. И в одной, и в другой войне самое активное участие принимали казаки Оренбургского казачьего войска. Так уж сложилось, что в канун этих двух юбилеев вышла в свет еще одна книга - «Именной справочник казаков Оренбургского казачьего войска, награжденных государственными наградами Оренбургского казачьего войска» (в соавторстве). В ней собрано более 10000 имен наших земляков, отмеченных за свои ратные и гражданские заслуги перед Отечеством…

- Как я понимаю, справочник «Самоотверженные» уже стал библиографической редкостью?

- Конечно, тираж был ограниченным. Но мы подарили все справочники библиотекам и музеям. Так что, я думаю, при желании эту книгу можно найти. Да и на сайте южноуральской генеалогии она есть в электронном виде.

- Война 1914 года началась с вмешательства России в защиту маленького балканского государства. В итоге кровавая бойня длилась несколько лет, распалось четыре империи, погибли и были искалечены миллионы. Как вы думаете, с ситуацией на Украине мы можем получить что-то подобное?

- На мой взгляд, пока ничего необратимого не произошло. Но вы обратили внимание, как расколото украинское общество? И первопричины этого раскола, как мне кажется, лежат не в экономической плоскости, а именно культурно-исторической. У каждого своя правда. И никто не слышит оппонентов. А тут еще США со своими «советами и рекомендациями». Да, Россия высказала свою позицию. Кому-то это может нравиться, кому-то – нет, но и промолчать наша страна не могла. Думаю, до военного противостояния дело не дойдет. Но вот информационная война уже вовсю идет. Обидно, что многие оболваненные в свое время исторической ложью россияне не могут многого понять. Нередко приходится слышать, мол, какие же молодцы украинцы! Свергли режим. Скоро узнаем, как реально его свергали… История не прощает беспамятства… (Наша беседа проходила еще до референдума по Крыму. – Авт.)

- Десятилетиями звучат слова о "возрождении казачества". Как вы считаете, это в принципе возможно в XXI веке?

- Думаю, что нет. Казачество в исконном понимании – это сословие, специально созданное царскими властями для защиты, главным образом, рубежей страны. За определенные преференции от государства казаки были обязаны всегда быть готовыми выступить в боевой поход. В современных условиях необходимости создания иррегулярных воинских подразделений нет. Конечно, определенные функции могли бы быть переданы и казакам. Особенно там, где процессы возрождения казачества реально имеют место. Но опять же, должны быть определенные стимулы. Если уж говорить о возрождении казачества как о явлении, то думаю, оно пока ограничится лишь возрождением казачьей культуры.

- Знаю, что на Западе чрезвычайно популярны именно исторические исследования, книги, описывающие историю и быт людей в прошлом какого-то конкретного, часто, маленького провинциального местечка. У нас в этом смысле тишина и покой, как на кладбище, как будто до нас и не было никого на этих землях. Ваше увлечение краеведением - попытка компенсировать данные пробелы?

- Да, такая традиция за рубежом существует. Там умеют поддерживать и развивать местную историю. И из отдельных «историй» как бы сшивается «лоскутное одеяло» история отдельного региона, или отдельной страны. Но и в России в последнее время краеведение переживает своеобразный бум. К сожалению, государство практически никак не поддерживает краеведов. И дело не только в финансовой составляющей, хотя она и важна, конечно. Нужна поддержка моральная, техническая, информационная и т. д. Что касается моих работ, то дело не в пробелах, как вы сказали. Чесменскому району повезло в свое время - большой пласт краеведения давно был поднят местным краеведом Андреем Никитичем Беликовым. Конечно, были и «белые» пятна, которые приходилось заполнять. Но не это главное. Считал и считаю, самое важное – пробудить и постоянно поддерживать в людях жажду познания своего прошлого. Именно с истории отдельного поселка, отдельной улицы, отдельного рода начинается патриотизм. Помните песню «С чего начинается родина?». Вот именно с этого…

- Как это - быть писателем в современной России? Тяжело собирать материалы, издавать книги, например, о репрессированных?

- Писателем себя никогда не считал и не считаю. Краеведение – мое хоть и любимое, но все же увлечение. По поводу сбора материала скажу, что сейчас это делать стало значительно проще - многие архивы стали размещать свои материалы в Интернете. Немало сейчас издается и специальной литературы. А вот на счет издания книг – это проблема практически всех краеведов. Под это дело инвесторы не вкладываются, грантов не дают. Как правило, краеведы издают свои книги за свой счет. А это недешевое удовольствие.

- А как бы вы определили место истории в судьбе человечества? Вы столько лет занимаетесь краеведением, наверное, не раз задумывались над судьбами конкретных людей и мест?

- Наверное, я не буду оригинальным, если скажу, что история вершится ежедневно и ежечасно. То, что нам сегодня кажется повседневностью, завтра станет историей. Так было, и так будет всегда. Исторический опыт человечества – это не пустой звук. Оценка прошлого живущими в определенный промежуток времени во многом определяет, как будут жить грядущие поколения. И от наших с вами оценок исторического прошлого страны тоже зависит, какой будет наша страна в будущем. Поэтому важно не ошибиться в этих оценках.

- Спасибо за беседу и, как говорится, новых творческих свершений!

Фото из личных семейных архивов, материалы предоставлены А. Шалагиным

Шалагин Анатолий Владимирович – родился в 1962 году в Караганде, где его предки отбывали ссылку. В 1986 г. окончил Карагандинский государственный медицинский институт по специальности «Педиатрия», в 2000 г. – Уральскую академию государственной службы РФ. Работал главным врачом Чесменской центральной районной больницы, первым заместителем главы Чесменского муниципального района, главой администрации района. В настоящее время – главный врач государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная туберкулезная больница №3 (г. Магнитогорск). Увлекается краеведением и публицистикой более 15 лет. Главная тема его работ – история.

Награжден медалью «Патриот России».

8.jpg

0.jpg

1.jpg



Больше оперативных новостей Челябинской области в нашем канале Telegram. Присылайте ваши новости и проблемные ситуации администратору канала, мы поможем в их оперативном решении.
Обсудить новости вы можете в наших социальных сетях ВКонтакте, ОК и Facebook.